Как венчурные фонды оценивают потенциал проектов, которые к ним приходят, рассказывает управляющий партнер Starta Capital Людмила Голубкова.

Что такое Starta Capital?

Starta Capital – это посевной венчурный фонд, созданный по американской модели. Мы нацелены на то, чтобы потом продать свою долю в компании следующему инвестору. Затем мы должны вернуть пайщикам фонда их средства с определенной долей доходности или выше. Здесь для нас кроется огромный риск, а для проектов кроются огромные возможности.

На что мы смотрим при отборе компаний?

У основателей компании, как правило, есть много иллюзий и так же много надежд. На начальном этапе инвестиционная привлекательность проекта крайне невелика.

Инвестор ранней стадии покупает долю в компании дешево, а продает ее дорого.

Венчурный инвестор заинтересован в росте оценки компании. Не в том, чтобы сделать замечательный продукт, не в том, чтобы завоевать новые рынки, не в том, чтобы развить бизнес. Наша задача – быстро повысить стоимость компании на рынке венчурного капитала.

Средство достижения этой цели – репутация на инвестиционном рынке. Добиться хорошей репутации очень сложно. Это задача основателя компании, а не инвестора. Именно основатель является первым лицом компании, с ним хотят знакомиться инвесторы, его репутация является ключевым элементом оценки компании.

Мы настраиваем наших основателей на то, что на определенный период сотрудничества с нами в качестве объекта венчурного инвестирования основатель проекта обязан уделять большую часть времени построению бренда компании в инвестиционном сообществе. Основатели должны демонстрировать понимание того, как устроены инвестиционные процессы, разному типу инвесторов. Они должны знать, какие деньги привлекает проект, зачем они нужны.

В венчурном бизнесе продуктом является компания в целом. Потребителем этого продукта является инвестор следующей стадии. Если мы инвестируем на ранней стадии (seed), то на раунде «A» мы вместе с основателем ищем следующего инвестора.

Оценка венчурных проектов

Венчурный проект – это спорт высоких достижений. Никакие количественные методы оценки сами по себе не могут описать заранее те высокие достижения, которых проект может достичь. Если компания целиком является объектом рынка венчурного капитала, то важно все, вплоть до того, какие ботинки носит основатель-мужчина, и какую одежду – основатель-женщина. Это часто не обсуждается, так как присутствует культурное табу.

В очень скромном молодом человеке, который сидит передо мной, я как инвестор должна рассмотреть будущего «олимпийского чемпиона».

Мы пользуемся качественными оценками, дополняя их некоторыми количественными.

Мы оцениваем проект как целое. Для нас не существует отдельной идеи, отдельных основателей, отдельной технологии. Проект – это неразделимая сущность. Мы довольно долго наблюдаем за проектом. Мы отслеживаем действия команды, наблюдаем, встречаемся и разговариваем с основателями много раз. Мы смотрим, как они разговаривают с другими инвесторами.

Мы не боимся, что проект от нас уйдет. Мы считаем, что на рынке есть очень много инвестоспособных проектов. Мы изучаем материалы проекта, снова встречаемся через какое-то время. Мы смотрим, как развиваются процессы внутри компании. Мы выясняем мнения других инвесторов.

Ситуационный анализ

Если проект нам нравится, если он дошел до нужной стадии, мы проводим ситуационный анализ. Он похож на допрос с пристрастием и может длиться шесть-семь часов подряд без перерыва. Мы выясняем следующие пункты.

  • Оценка проекта в целом: состояние, история, ожидания.
  • Технологическая оценка, тренды, состояние интеллектуальной собственности.
  • Маркетинговая оценка.
  • Оценка команды.
  • Оценка инвестиционной привлекательности.

Мы не требуем, чтобы нам показали продукт. Более того, мы против того, чтобы на этой стадии был готовый продукт.

Часто технология еще только развивается, и будущая продуктовая линейка зависит от факторов, которые ни нам, ни основателям еще неизвестны.

Нас интересует команда. Как правило, к моменту нашего разговора в команде уже есть три-пять человек. Мы смотрим на целостность команды, она должны быть сбалансированной.

Оценка инвестиционной привлекательности идет в самом конце. Она следует из того, что обсуждалось до этого.

Здесь нет никаких цифр, за исключением возраста участников. Наши коллеги, работающие на стадии preseed и seed, принимают решение примерно на тех же основаниях.

Количественная оценка

У каждого проекта есть свой жизненный цикл. Необходимо произвести расчеты, чтобы удовлетворить наши интересы как инвесторов – вернуть пайщикам вложенные средства. Стоимость наших долей должна возрасти в пять-семь раз, в идеале – даже больше.

Эта оценка делается не нами, не основателями компании и даже не нашими коллегами. Она дается рынком. Стоимость российских проектов начинается примерно от миллиона долларов на стадии, когда в проекте почти ничего нет. Через три-четыре года они могут иметь оценку в пять-семь миллионов.

Сейчас пара наших самых ранних проектов (2011 года) подошла к раунду «А». Мы начинали с $1,5 млн, теперь оценка – $7-10 млн. Порядок этих чисел вряд ли будет сильно меняться в ближайшее время.

Подтверждение количественной оценки во многом носит нефинансовый характер. Там есть экономический  смысл, но финансовой составляющей нет. Ей неоткуда взяться. Мы работаем не с вероятностями, а с правдоподобием.

Текущая оценка, например, миллион долларов, складывается из нескольких составляющих. Эта сумма должна подтверждаться:

  • примерами слияний и поглощений в отрасли;
  • выходами компаний с подобными разработками на рынки капитала.

Своих конкурентов основатели проекта должны очень хорошо знать. Более того, нужно познакомиться лично и стараться поддерживать хорошие отношения.

Основатель проекта приходит к нам за инвестициями с какой-то суммой денег в голове. Эта цифра потом корректируется.

Здесь приведена формула, которая позволяет рассчитать, сколько проекту нужно денег под какую оценку. Если это совпадает с нашей оценкой, это демонстрирует грамотность основателя. 

Материал подготовлен на основе выступления Людмилы Голубковой на Startup Expo 16 мая 2015 года.

Автор текста: Алёна Вотинова